«Мечел» позаботился о длине

«Мечел» позаботился о длине

«Эксперт»

На Челябинском меткомбинате запущен новый рельсобалочный стан. Проект важен для страны, РЖД, строителей, но ситуацию с финансами самого «Мечела» изменит не сильно.

На Челябинском металлургическом комбинате запущен новый универсальный рельсобалочный стан (УРБС), способный выпускать рельсы длиной 100 метров. Огромный полуторакилометровый цех и трехкилометровый конвейер обошлись «Мечелу» во внушительную сумму 715 млн долларов, но зато компания получила производство, выстроенное практически с нуля. Теперь ЧМК может производить длинномерные рельсы и балки длиной от 12 до 100 метров и рассчитан на выпуск до 1,1 млн тонн готовой продукции в год. Для ЧМК, имеющего мощность порядка 5 млн тонн стали, открытие стана означает производство сортамента более высокого передела. Для страны стан — это перспектива отвоевать очередную нишу отечественного рынка у иностранных поставщиков рельсов и балок. Но для «Мечела» окончание одного из крупнейших инвестиционных проектов вряд ли сулит серьезное изменение финансовой ситуации.

Под наблюдением

Челябинский меткомбинат является одним из крупнейших российских металлургических предприятий. Он располагается на севере Челябинска и занимает огромную площадь в 22 квадратных километра. Когда попадаешь на территорию этого города в городе, словно возвращаешься в социалистическое прошлое. Чисто выметенные улицы, покрашенные бордюры — и старый асфальт с неаккуратно подстриженными газонами. В заводских столовых — нормы калорийности для рабочих тяжелой промышленности, графики выдачи молока. К тому же постоянное ощущение, что находишься под колпаком, что неудивительно, ведь ЧМК — режимный объект. За несколько часов пребывания там корреспондент «Эксперта» четыре раза убедился в бдительности охраны — следовать можно было только разрешенным маршрутом, ни шагу в сторону. При этом бдительность проявляли не сотрудники ФСО и ФСБ, прибывшие на ЧМК в связи с приездом премьер-министра Дмитрия Медведева, а обычные рабочие завода.

Главной артерией многокилометровой территории ЧМК является железная дорога, именно она обеспечивает непрерывную и связанную работу гиганта тяжпрома. Железка постоянно пересекается с автомобильными дорогами. Кроме того, всю территорию комбината опоясывают трубопроводы. И все это вокруг огромного числа цехов, фабрик, градирен и прочей инфраструктуры, которая активно отстраивается на ЧМК более полувека.

На фоне закопченных зданий новый, выкрашенный в голубой цвет цех УРБС выглядит действительно высокотехнологично. Полуторакилометровый ангар оснащен самым современным оборудованием от итальянской Danieli: Россия, выпускающая самые высокотехнологичные стали в мире, вынуждена закупать оборудование в Италии. А строительством и инжинирингом занималась китайская MinMetals Engineering Co. В итоге за два года был отстроен новый цех, главная цель которого — импортозамещение.

Балка и рельс

За последние четыре года баланс внутреннего рынка рельсов сильно поменялся. Если еще в 2009 году 98% потребностей в рельсах закрывалось отечественными производителями (в основном Evraz Group), то по итогам 2013 года почти каждый третий километр уложенных рельсов оказался импортным.

Все это время российские производители изготавливали рельсы длиной 12,5 и 25 метров, и часть даже направляли на экспорт. Но РЖД не стояли на месте: между Москвой и Санкт-Петербургом были запущены скоростные поезда «Сапсан», что потребовало укладки новых путей с минимумом стыков, так как каждый стык создает сопротивление при движении состава. Поэтому РЖД стали закупать 100-метровые рельсы на внешних рынках — ведь в России они не производились (во многом по вине российских металлургов, запоздавших с вводом мощностей). Причем такую продукцию могли предложить только Австрия и Япония, где и были закуплены основные объемы рельсов для РЖД.

Увидев огромную нишу, российские металлурги наконец ускорили запуск своих станов. Так, в апреле нынешнего года первый 100-метровый рельс прокатал Evraz, а в июле — «Мечел». Сейчас первые партии рельсов от Evraz и «Мечела» находятся на сертификации в РЖД. «Мечел» надеется получить сертификационные документы к началу следующего года, а уже во второй его половине начать отгрузки для железных дорог.

По словам первого вице-президента РЖД Вадима Морозова, в 2014 году РЖД планирует закупить у «Мечела» 100–130 тыс. тонн рельсов, у Evraz — 600 тыс. тонн. А уже с 2015 года РЖД собирается вообще отказаться от импортной продукции и закупать рельсы лишь у российских металлургов. Например, тот же «Мечел» заключил с РЖД контракты на поставку до 2030 года по 400 тыс. тонн рельсов в год. Запустив свои станы, российские металлурги теперь могут надеяться на заработки при строительстве высокоскоростной магистрали Москва—Казань.

Но только рельсами мечеловский УРБС не загрузить. Напомним: его мощность — 1,1 млн тонн в год. Незаконтрактованные мощности стана (600–700 тыс. тонн в год) «Мечел» планирует направить на выпуск строительной балки. Она используется при возведении коммерческой недвижимости, спортивных объектов, мостов, дорог и прочей инфраструктуры. Рынок балки не столь маржинальный, как рельсовый, но зато он динамично растет, и занять эту нишу будет проще. С 2009-го по 2012 год потребность страны в этом виде проката выросла более чем в два раза, притом что импорт этой продукции в Россию увеличился в четыре раза. Теперь каждый пятый метр используемой в России балки произведен либо в Польше, либо на Украине, и именно на замещение этой доли импорта будут нацелены усилия «Мечела».

Надежда на Эльгу

За последние три квартала средняя цена 1 тонны балки на российском рынке составила 1000 долларов, 1 тонны стометровых рельсов — 1500 долларов. Стоимость 1 тонны полуфабриката, из которого делают и рельс, и балку, — около 500 долларов. Сейчас «Мечел» производит порядка 2,5–2,6 млн тонн заготовки в год и продает ее, в том числе и на экспорт. А потом РЖД или строители закупают продукцию более высокого передела — балку и рельсы, — отдавая импортерам 500–1000 долларов добавленной стоимости за каждую тонну.

Именно эти 500–1000 долларов и заинтересовали «Мечел», когда он начал строительство стана. С учетом масштабов запускаемого производства стан способен принести «Мечелу» до 1 млрд долларов дополнительной выручки. Хотя в самом «Мечеле» от каких-либо высказываний и прогнозов относительно финансовых выгод от запуска УРБС категорически воздерживаются, ссылаясь на запреты американского законодательства.

Кроме того, молчание «Мечела» связано еще с одним фактором. «Мечел» оказался заложником просадки цен на продукцию металлургии и собственного агрессивного роста: последние десять лет он чересчур активно занимался экспансией и покупкой активов и не жалел никаких средств для масштабных инвестпроектов — УРБС и освоения Эльгинского угольного месторождения. В результате чистый долг группы «Мечел» за первый квартал 2013 года составил 9,6 млрд долларов при годовой выручке 11,2 млрд долларов и EBITDA за прошедший год 1,33 млрд долларов. Соотношение долг/ EBITDA уже давно превысило критическую отметку 3 и по итогам прошлого года достигло 7,2!

«Запуск стана на Челябинском меткомбинате позволит “Мечелу” существенно увеличить производство сортамента с высокой добавленной стоимостью — это позволит стальному сегменту показывать более высокую маржу по сравнению с текущей ситуацией, — говорит портфельный управляющий УК “Альфа-Капитал” Дмитрий Чернядьев. — Однако нужно понимать, что стальной сегмент генерирует небольшую часть денежных потоков компании. Например, в 2012 году в “Мечеле” на него пришлось 62 процента выручки и всего 23 процента EBITDA. Таким образом, модернизация Челябинского меткомбината и запуск универсального рельсобалочного стана не смогут существенно улучшить как операционные, так и финансовые показатели компании».

В таких условиях «Мечелу» приходиться надеяться на рывок лишь после запуска Эльгинского угольного месторождения. Но свободный денежный поток Эльга начнет приносить не раньше 2016–2017 годов — после того, как в строй будет введена первая очередь обогатительного комплекса. А на полную мощность Эльгинский проект начнет работать не раньше 2020 года. «Разработка Эльгинского месторождения является основным источником роста компании в долгосрочном периоде, однако в текущей ситуации “Мечел” сталкивается со сложностями в финансировании этого проекта, — добавляет Чернядьев. — Снижение мировых цен на уголь привело к существенному снижению операционной прибыли горнодобывающего сегмента “Мечела”. Компания уже два раза понижала свои планы по капитальным затратам на 2013 год, оставив в приоритете только два проекта развития — рельсобалочный стан на ЧМК и Эльгу».

Теперь же, когда новый стан заработал и начал окупать себя, положение «Мечела» стало немного легче.